Аресты депутатов-коррупционеров: выборочное правосудие или системная работа

В последние дни в Украине фиксируется настоящий бум подозрений депутатам-коррупционерам. Из фракции «Слуга народа» исключили депутата Анатолия Гунько, которого следствие разоблачило на крупной взяточничестве.

Оказалось, что депутат способствовал в передаче предпринимателю государственной земли под обработку – поймали его с поличным, во время получения первого транша «вознаграждения» размером в 85 тысяч долларов. Также с обысками посетили бывшего нардепа от «Партии регионов» Владимира Макеенко. Свидетельствуют ли эти дела о начале антикоррупционной главы в жизни Украины, какая еще причина может крыться в этих процессах и как лишение мандатов повлияет на функционирование парламента – рассказал в эфире Апостроф TV политолог, руководитель платформы «Единый Координационный Центр» Олег Саакян.

В обществе возник запрос на справедливость. Мы видим, что есть определенная психологическая динамика в том, как общество проживает стресс. И она накладывается сейчас на контекст, который мы видим. Соответственно, все эти истории с военкомами, с взятками и тому подобное провоцируют и тригерят общество. Поэтому поднялся уровень запроса на справедливость и отсутствие этой справедливости в правовом и социальном смысле. Власть на это реагирует. Поэтому мы видим, что, очевидно, есть политическая воля на то, чтобы прошерстить военкомов, чтобы пройтись по «топ-рыбе», скажем. Поймать, показать как минимум для того, чтобы обществу продемонстрировать, что власть видит и слышит этот запрос.

Почему депутаты? Здесь второй фактор есть. Можно увидеть, как у «Слуг народа» посыпались голоса, и в последнее время собирать их стало все труднее. А демарш, который был от комитета по снятию министра культуры и информации (Александра Ткаченко, — «Апостроф»), был крайне показательным. Мы видели, как и спикер выходил со словами, что Конституция не запрещает проводить выборы во время войны, напомнив депутатам, что если парламент не будет функционировать, то власть в лице Офиса президента готова пойти на его перезагрузку. Они понимают, что большинство из них снова не попадет в парламент. Соответственно, для них это окно остается, которое они не хотели бы потерять.

Кстати, это и провоцирует некоторых из них рвать в три горла, потому что они понимают, что как в последний день перед Помпеей. Поэтому сейчас взялись за депутатов, и в первую очередь – за депутатов «Слуги народа». Это один из инструментов, как сплотить, немного прочистить слишком зарвавшихся и обеспечить партийную дисциплину. То есть иными словами о системной антикоррупции в этом случае речь не идет, а речь о политической мотивации таких шагов и о «прополке грядки» с помощью правоохранительных органов.

Обыски у Макеенко

Видно, что пытаются пройтись по депутатам разных фракций, разной направленности, чтобы не сказали, что есть некая избирательность. По Макеенко действительно дело старое. Понятно, что в ней всегда можно найти определенные политические подтексты по связям Макеенко с Порошенко вокруг телеканала «Прямой». Соответственно, когда власти била по Макеенко в 2019 году, это было преследование именно из-за этих связей. С другой стороны, давайте дадим следствию проделать их работу, и посмотрим, насколько есть доказательства того, что инкриминируется.

Во всяком случае, в Украине сейчас демонстрируется принцип, что депутаты не неприкосновенны, а правоохранительные органы могут работать по ним и могут привлекать их к ответственности. Если раньше прецедентом было за всю каденцию, когда хотя бы с одного депутата снимали неприкосновенность и привлекали кого-то к ответственности, то сейчас мы видим, что это уже определенный системный процесс. Другое дело, что назвать его действительно антикоррупционным мне очень хотелось бы, но прежде всего я вижу в этом политические мотивы. Даже самое честное правосудие, если оно выборочно, подчинено нечестным целям, и оно не может быть справедливым.

Работа Рады

Пока в парламенте есть 300 депутатов, он функционален. Гипотетически может собраться и принимать решение конституционным большинством. Поэтому до этого момента говорить, что парламент потерял свою дееспособность невозможно. Соответственно, перезапуск парламента также невозможен. Перезапуск – только выборы, а эффективные выборы во время войны провести невозможно.

По поводу лишения мандата мажоритарщиков. Да, у нас такая ситуация была и по территориям, которые были фронтовыми, в серой зоне, я уже не говорю об оккупированных территориях. У нас был недобор мажоритарщиков, потому что на оккупированных территориях невозможно было провести эти выборы. У нас больше 20 депутатов не избирались. Поэтому здесь хорошего ответа нет, это просто будут «вакуумные» места. Соответственно, будет расти пропорционально вес других депутатов и их голоса.

Во время военного положения выборы не проводятся. Соответственно, локально их также нельзя провести, потому что военное положение введено на всей территории Украины. Тогда нужно вводить его во всех областях вокруг одной, и это будет очень сомнительная норма. Суды ее отменят, до Конституционного суда дойдут, и он все равно протрактует, что если где-то в стране введено военное положение, это уже искажает электоральную ситуацию. Соответственно, проведенные таким образом выборы – это будут квази-выборы, которые будут слабо признаны как в самой общине, где они будут проводиться, так и в украинском обществе, так и за границей.