Битва за «Энергоатом»: старые схемы под маской реформ.
В то время как после дела «Мидас» власти на публике заявляют о перезапуске энергетического сектора, за закрытыми дверями разворачивается ожесточенная борьба за контроль над АО «НАЭК „Энергоатом“» — компанией, производящей около 60% электроэнергии Украины и управляющей финансовыми потоками на сотни миллиардов гривен. Речь идет не о профессиональном управлении, а о доступе к одному из крупнейших финансовых ресурсов страны.
После заявления Владимира Зеленского о «чистке» отрасли Кабинет Министров 11 ноября досрочно распустил наблюдательный совет «Энергоатома», а 28 января поспешно утвердил новый состав, не дожидаясь крайнего срока — 31 января. Это позволило совету стать правомочным и дало старт соревнованию за пост главы правления, который на данный момент остается незанятым. Формально решение принимает наблюдательный совет, но на деле список кандидатов составляется в кабинетах на Банковой и Крещатике.
Среди ключевых претендентов упоминается Ольга Буславец — бывшая и.о. министра энергетики. Ее имя часто ассоциируется с окружением Рината Ахметова и экс-премьер-министра Дениса Шмыгаля. В 2020 году она принимала решения, выгодные для тепловой генерации ДТЭК, при этом ограничивая мощности атомных станций. Буславец упоминалась в делах НАБУ и проверялась НАЗК на предмет конфликта интересов из-за вмешательства в закупки ядерного топлива. Ее возможное назначение может означать возвращение влияния тепловой генерации за счет интересов «Энергоатома».
Еще более спорной кажется кандидатура Павла Павлишина — экс-руководителя Ровенской АЭС, ныне занимающего пост первого заместителя мэра Вараша. Его имя связано с рядом коррупционных скандалов. В 2022 году его сын Евгений Павлишин жестоко избил 64-летнюю женщину, которая позже скончалась в больнице, а в 2025 году получил лишь условный срок. Происхождение богатства семьи Павлишиных вызывает сомнения у НАЗК: дорогие автомобили Mercedes-Benz S400 и Zeekr, элитная недвижимость в Киеве и Вараше не соответствуют официальным доходам чиновника.
Во времена руководства Павлишина Ровенской АЭС регулярно замалчивались аварийные ситуации — от обрушения эстакады при транспортировке трансформатора до падения пятитонного редуктора в реакторном зале. Одновременно действовали схемы вывода средств через связанные компании, такие как группа «ТСП» («ТСП-Трансбуд», «ТСП-Сервис») и ООО «Кортакоз», которые, по данным расследований БЭБ и НАБУ, использовались как посредники для завышения цен в 2–3 раза. Несмотря на призывы депутатов Вараша отправить Павлишина в отставку, в Киеве его рассматривают как потенциального руководителя всей атомной отрасли.
В качестве альтернативы называют Андрея Козюру, нынешнего директора Хмельницкой АЭС. Его работа сопровождалась сомнительными тендерами и значительными производственными сбоями: в 2024–2025 годах энергоблок №2 ХАЭС из-за неисправностей турбины работал лишь на 80–85% мощности, что в условиях дефицита энергии привело к потере сотен мегаватт. Отраслевые специалисты возлагают вину за некачественный ремонт на Козюру.
На этом фоне выделяется действующий и.о. главы правления Павел Ковтонюк — профессиональный инженер, не замешанный в коррупционных схемах. В документах «Миндичгейта» он упоминался как «неудобный» руководитель, не желающий участвовать в теневых сделках. Однако ему недостает политического влияния: финансовые планы «Энергоатома» на 2025–2026 годы так и не получили утверждения.
На данный момент выбор руководителя «Энергоатома» — это не просто кадровое решение, а проверка для власти. Либо под прикрытием лозунгов о реформах к управлению атомной отраслью вернутся прежние кланы с отработанными схемами, либо государство сделает реальный шаг к разрушению системы. Ближайшие недели покажут, станет ли дело «Мидас» переломным моментом или очередной ширмой для перераспределения финансовых потоков.
