Четверг, 13 июня, 2024
spot_imgspot_imgspot_imgspot_img

В центре внимания

Как Украине обеспечить военный успех в 2024 году

Мир образца начала 2024 года стал более хрупким и уязвимым прежде всего вследствие нерешительности и промедления в принятии важных для мировой безопасности решений. “Эра мира закончилась. Мы перешли к предвоенному миру”. Это главная цитата из речи британского министра обороны Гранта Шаппса 16 января.

Вероятно, что Украина окажется в 2024-м полностью без помощи Вашингтона. А помощь от Евросоюза лишь немного будет уступать уровню помощи со стороны США и ЕС в 2022-м и 2023 году. То есть, если в 2022-м от США и ЕС мы получили 32,7 миллиарда долларов, в 2023-м – около 37,3 миллиарда долларов, то в 2024-м потенциальная помощь исключительно от ЕС составит 31 миллиард долларов.

Поэтому даже при отсутствии американской помощи ситуация для Украины в 2024 году не казалась бы критической. Это переводит перспективы к оформлению эшелонированной обороны и накоплению ресурсов на 2025 год. Но в случае помощи США мощность ВСУ может увеличиться в разы – прежде всего за счет паритета в боеприпасах и артиллерии.

“Умные”, программируемые боеприпасы и высокоточная артиллерия, а еще ракеты могут стать преимуществами, которые не только нивелируют большую численность у РФ личного состава и техники, но и станут предпосылкой победы. Однако все следует рассматривать сквозь призму именно нашей войны, которая на самом деле является промежуточной версией между войнами прошлого и будущего.

НОВЫЕ СРЕДСТВА ПОРАЖЕНИЯ И ВОЕННАЯ БУХГАЛТЕРИЯ

Вполне уместным был призыв уже экс-главнокомандующего ВСУ генерала Валерия Залужного компенсировать военные вызовы и угрозы Москвы и все смежные негативные риски для Украины именно технологическими преимуществами.

Статья генерала Залужного примечательна тем, что об исключительной роли новых дешевых современных технологий сказал не ученый, не промышленник, а военный. И дело не в том, что мощные и дорогие ракеты или другие боевые платформы Украине менее важны, а в том, что до их создания и масштабирования Украине в нынешних условиях “дотянуться” в разы труднее. Без партнеров это будет невозможно.

Кстати, бывший главком с первых дней руководства войском больше всего внимания уделял автоматизации управления войсками и оружием. Он является соавтором весомой аналитической работы о перспективах роботизированных систем в ВСУ. Залужный небезосновательно считал, что, согласно условиям современной войны, едва ли не основным вариантом получения преимущества является овладение всем арсеналом сравнительно дешевых, новейших и крайне эффективных средств, которые быстро развиваются. Фактически это слова о развитии “москитной стратегии”, идеи которой мы также неустанно поддерживали с сентября 2019-го, когда десяток дешевых дронов от парамилитарной группировки мощным ударом повлиял на всю нефтеперерабатывающую отрасль Саудовской Аравии.

Тот “исторический эпизод” с массовым использованием дешевых технологий имел и другое важное измерение, которое наверняка исследовали у украинского главкома и из которого сделали выводы. Речь идет о способности дешевых технологий “перегружать” и порой превосходить чрезвычайно ценные системы. Уже в феврале 2024 года во время оборонной выставки World Defense Show в Эр-Рияде командование Королевских ВВС Саудовской Аравии неожиданно рассказало, что в 2019 году одна из их батарей ЗРК Patriot за 48 секунд смогла сбить шесть баллистических ракет, которыми йеменские хуситы пытались поразить критическую инфраструктуру страны, другие четыре ракеты достигли целей.

Действительно, на первый взгляд имеем удивительный пример отражения массированной ракетной атаки за мизерный промежуток времени, однако этот эпизод демонстрирует и уровень нагрузки системы ПВО, а также возможности умышленной их “перегрузки” относительно дешевыми баллистическими ракетами малого радиуса действия.

Специалисты считают, что для перехвата ракет йеменских хуситов пришлось использовать не менее 12 ракет к системе ПРО Patriot. А это расходы на отражение атаки стоимостью в десятки миллионов долларов. Но богатые страны и дальше будут действовать таким образом – тратить огромные ресурсы на опережение, чтобы установить предохранители катастроф. И как свидетельство этого именно на полях оружейного шоу Саудовская Аравия заказала у Южной Кореи 10 батарей новых ракетных комплексов Cheongung 2 для улучшения возможностей собственной противоракетной и противовоздушной обороны на сумму 3,2 миллиарда долларов.

Можно вспомнить и то, что для перехвата баллистической ракеты йеменских хуситов в феврале 2024-го американские военные использовали новую загоризонтную зенитную ракету Standard Missile 6 стоимостью более 5 миллионов долларов.

Воздушные силы ВСУ также успешно оперировали американскими противоракетными системами Patriot и даже благодаря безупречному сбитию российских ракет “Кинжал” разрушили миф о непобедимом чудо-оружии. Какую это вызвало реакцию в Кремле, кстати, видно из сообщений о неслыханном количестве осужденных ученых-физиков, причастных к созданию в РФ гиперзвукового оружия.

Но следует помнить, что эффективные системы ПРО предоставлены Украине союзниками в виде помощи, а стоимость ракет-перехватчиков PAC-3 комплекса Patriot может достигать от 2 до 4 миллионов долларов за штуку.

Стоимость одного 155-миллиметрового артбоеприпаса на конец 2023-го составляла около 5,5 тысячи долларов, а в феврале 2024-го – 8 тысяч долларов. Это означает, что с 2021 года 155-миллиметровый артиллерийский боеприпас подорожал в десять раз.

С начала выпуска в серию в 2000-х каждый американский снаряд M982 Excalibur Пентагон покупал за невероятные 100-150 тысяч долларов при себестоимости где-то в 40 тысяч. Позже стоимость его несколько снизилась. Но, по состоянию на ноябрь 2013-го, вооруженные силы США произвели лишь 700 боевых выстрелов снарядами Excalibur. Возможна ли такая интенсивность во время российско-украинской войны, когда противник выпускал иногда по 10 тысяч снарядов ежедневно?

Для сравнения, стоимость ударного дрона – 500-600 долларов. А уж стоимость авиационной бомбы SDB, на основе которой с помощью ракетного двигателя от давно списанных реактивных снарядов M26 была создана наземная высокоточная версия GLSDB для HIMARS, составляла около 40 тысяч долларов на момент выпуска. Но и это гораздо меньше стоимости современных “умных” боеприпасов для артиллерии.

Поэтому о ценных ракетных, ракетно-бомбовых или интеллектуальных артиллерийских системах для ВСУ генерал Залужный сознательно не говорил как о главном приоритете на сегодня.

КАК НАМ ПОБЕДИТЬ РОССИЮ

Для понимания того, какие средства и инструменты могут обеспечить нам победу, уместно обратиться к опыту еще одного показательного вооруженного противостояния, вспыхнувшего в начале 2024 года. Речь идет о военных действиях, начатых США и Великобританией при поддержке коалиции государств региона с йеменскими хуситами. Этот пример показывает, насколько важен момент объединения усилий.

Для уничтожения преступного московского режима все-таки нужна антипутинская коалиция – группа государств, которые откровенно провозгласят (может, и не на официальном уровне, но подтверждением такого курса станет принципиально новый подход к предоставлению и совместному производству оружия) необходимость если не смены политического строя в РФ, то обуздания действующего режима со шлейфом военных преступлений. Это нужно для сохранения безопасности на планете.

Такое решение может быть откровенно задекларированным или оставаться непубличным. Главное его следствие – предоставление Украине всех видов оружия, в которых она нуждается для освобождения своих территорий. В том числе покупка необходимого оружия у третьих стран. Потому что если хуситы – даже не страна, а военизированная группировка, действующая на территории Йемена и с января 2021 года признанная США террористической организацией, – имеют огромное количество дальнобойного вооружения, то разве это не позор всему миру, да и самой Украине?

По длине “ракетной руки” эта группировка превосходит Украину почти на порядок! Вспомним лишь то, что, кроме баллистических ракет Ghadr-F дальностью действия 2000 км, хуситы имеют значительное количество иранских клонов. Например, версию иранской Rezvan с дальностью поражения 1400 км, твердотопливную ракету Khaybar Shekan дальностью действия 1450 км как развитие иранской Fateh-110, а также иранские Zolfaqar дальностью действия до 700 км. Кроме баллистических ракет, в их арсенале также есть крылатые ракеты линейки Quds, которые определяют версиями иранских Soumar, – Quds-3 и Quds-4 имеют дальность 2000 км. А также в арсенале хуситов еще и известный украинцам Shahed-136 с дальностью действия 2500 км.

Конечно, Украина существует не оторвано от мира, и справедлив перечень обозначенных вызовов – от уменьшения военной поддержки от ключевых союзников до масштабирования конфликтов и войн в других регионах мира. У Украины дополнительный вызов – несопоставимые человеческие ресурсы у враждебной России. Да и неспособность Запада обустроить систему технологического сдерживания России. И экс-глава все-таки прав, когда говорит, что дизайн и философия войны изменились. То есть традиционные и понятные цели, такие как достижение абсолютного превосходства в воздухе, должны обеспечиваться современными средствами.

Чрезвычайная интенсивность войны и предыдущая неготовность Украины к ней – то есть отсутствие длительной подготовки к ней – не позволяют рассчитывать на большой арсенал современных средств для войны нового поколения и вынуждают компенсировать этот безумный дефицит наскоро, иногда и кустарным путем изготовленными средствами. Война все больше становится комбинированной в применении вооружений, и этот симбиоз использования нового высокотехнологичного, дорогого и сравнительно дешевого, быстро масштабируемого оружия – соответственно, выборочно и массово, – углубляется с интенсивностью самой войны.

Даже модифицированное, несколько устаревшее оружие с элементами современных решений – легкие бомбы малого диаметра GLSDB, которые Силы обороны получили в феврале 2024 года, – яркий пример этого симбиоза. Не говоря уже о “чрезвычайной избирательности” использования таких боеприпасов, ведь первая партия – это всего 24 бомбы GLSDB, или всего четыре высокоточных залпа.

Даже обещанные в дальнейшем 750 тысяч боеприпасов не способны повернуть ход войны. Чтобы трансформировать ее в войну нового поколения, нужно было бы, чтобы полмира работало только на войну, поставляя все типы ракет и бомб, а уже во вторую очередь – арт- или танковых боеприпасов. Таковы реалии. И вполне понимая недостатки в точности и дальности своих средств, Россия навязывает давление количеством.

Между тем незаурядная изобретательность и смекалка на поле боя помогает Силам обороны Украины достойно противодействовать растущему давлению противника. Украинские военные первыми начали говорить о возможности частичной компенсации дефицита артиллерийских боеприпасов современными, достаточно дешевыми и вполне эффективными дронами, которые способны точно посылать опять-таки более дешевые боеприпасы в окопы и блиндажи противника, разрушать и выводить из строя его ценную технику.

КАК ОБЕСПЕЧИТЬ ВОЕННЫЙ УСПЕХ В 2024 ГОДУ

Каковы все же перспективы 2024-го и, возможно, 2025 года? Стратегическая ошибка администрации Байдена в 2023 году в виде слишком сдержанной поддержки Украины и ориентира на выживание атакованной страны, а не на победу преданной западным ценностям нации в центре Европы, уже привела как к резкому обострению риторики Кремля в отношении НАТО, так и к “новым ветрам” в регионе Юго-Восточной Азии.

На начало 2024 года Кремль выстроил опасную и, главное, действенную коалицию. Тогда как Запад, наоборот, до сих пор не оформил ее. По событиям января-февраля 2024-го можно говорить о временной потере американского лидерства в НАТО. На фоне ужасной для Киева сдержанности США и по цепной реакции – других партнеров Украина во второй раз, после осени 2022 года и лета-осени 2023 года, потеряла окно возможностей и в начале 2024-го вернулась на позиции конца 2022 года. Но с худшими перспективами в виде уменьшения человеческого потенциала, истощенной армии и не до конца решенной проблемы мобилизации.

Несмотря на риски, увольнение главнокомандующего ВСУ генерала Залужного состоялось-таки. Незаменимых людей, конечно, нет. У специалистов есть вполне обоснованные надежды, что новый главком генерал-полковник Александр Сырский способен нести “тяжелый камень” и держать удары противника. Он доказал свой личный потенциал и во время обороны Киева, и во время контрнаступательной операции на Харьковщине в 2022 году. Но, поскольку в такой ротации не было необходимости, украинское общество восприняло ее как проявление слабости президента Владимира Зеленского.

Для Украины стало витально необходимым сосредоточиться на преодолении сложного 2024 года, вероятно, без помощи США, и накоплении боевых возможностей для целенаправленных атак противника. Полная изоляция оккупированного Крыма от логистики, полное уничтожение Черноморского флота РФ и мощное поражение оборонной промышленности и смежной инфраструктуры, например нефтеперерабатывающих заводов и объектов электроэнергетики на европейской части РФ, стали наиболее весомыми задачами 2024-го, а возможно, и 2025 года.

Положительное решение Конгресса США по поддержке Украины приведет к тому, что американская помощь будет “догонять” европейскую. Это, без сомнения, резко увеличило бы возможности Сил обороны по успешной позиционной войне. А в случае получения хотя бы 400-700 баллистических и крылатых ракет соответствующей дальности ВСУ могли бы решить указанные задачи.

Реализация этих задач на фоне надлежащей подготовки глубоко эшелонированной обороны с мощными фортификационными сооружениями и минно-инженерным оборудованием для удачной реализации оборонительной операции по всему имеющемуся и вероятному фронту должна обеспечить устойчивость нации и время для перегруппировки в решении ключевых внутренних задач.

Февраль уже дал свои весомые уроки – их надо быстро и тщательно усвоить. Потеря Авдеевки – это свидетельство, что тактический успех врага является не просто ростом опасности, но и риском его трансформаций в оперативный масштаб. Этого не произошло потому, что у Кремля так же не хватало резервов. Конечно, отход из Авдеевки не катастрофа, а последствия ряда взаимосвязанных проблем – доминирования противника в воздухе, дефицита боеприпасов, истощения войск. Только 110-я бригада защищала город практически два года без ротации.

Но есть и такие проблемы, о которых старались не говорить. А именно, отсутствие достаточного количества подготовленных резервов и отсутствие подготовленного рубежа позади войск, стоявших в обороне. Первое является следствием мобилизационной проблемы, тянущейся с 2022 года, а второе – странное повторение того, что было в Бахмуте. Обе проблемы относятся к невыполненному “домашнему заданию” Украины.

Поэтому именно эти задачи накопились и создали емкий перечень на 2024 год, возможно, частично и на 2025-й. Потому что ситуация, в условиях отсутствия американской помощи, может выглядеть такой: перегруппироваться, найти резервы для мощной стратегической оборонной операции. На ходу, с привлечением гражданского сектора и его строительных компаний следует оперативно усовершенствовать оборону по всему вероятному фронту, включая северную и северо-восточную границу.

Активизация работы правительства нужна не только для подготовки эшелонированной обороны, но и для организации максимальной физической защиты предприятий ОПК. Это возможно с применением железа и бетона, фактическим закапыванием производств под землю, формированием ряда дублирующих производств, разбросанных по всей территории страны.

Сама же успешная оборонительная операция нужна для формирования и тщательной подготовки дополнительных резервов – как собственными силами, так и при содействии стран Альянса. А еще это время важно для масштабного развертывания своего ОПК и обеспечения возможностей развертывания ОПК европейских стран НАТО. Как раз год нужен Европе и Украине на создание условий для преимущества в производствах РФ. А еще этот год можно использовать для тотального контроля реэкспорта – на уровне компаний. Если только такие компании, как Intel и Siemens, сделают невозможным реэкспорт микроэлектроники, в РФ произойдет удивительное падение производства ракет и самолетов.

План на текущий год и эффективное оружие на переднем крае – две главные задачи, озвученные президентом Зеленским во время сообщения о замене главнокомандующего ВСУ в начале февраля. Верховный главнокомандующий упомянул о “чрезмерной” численности в штабах, необходимости повышения качества обучения, чтобы только подготовленные солдаты попадали на линию соприкосновения. Что, наверное, предполагает расширение сети учебных центров, вероятно, с акцентом на подготовку операторов высокотехнологичного оружия, в частности различных типов беспилотных платформ, средств РЭБ, РЛС и разведки, артиллерии.

Это также следует из требования Верховного главнокомандующего обеспечить “технологичность действий” на фронте и другой подход к управлению фронтом. Но также главным маркером 2024 года оставался вопрос ключевого акцента – подготовки обороны или наступления. Потому что лояльность нового главка относительно политического вмешательства в военное дело может увеличить риски для общества – желание любой ценой достичь определенных военных целей на поле боя.

Итак, использовать собственные научно-промышленные резервы и возможности военно-технического сотрудничества со странами НАТО, нарастить оборонный потенциал и дать Европе выйти на масштабные, обновленные возможности ОПК – это может вполне обеспечить подготовку к освобождению Украины от путинской нечисти. Притом, если обеспечить технологический отрыв от враждебной России, то это способно стать предохранителем от неизбежного реваншизма московских режимов в будущем.

Война неожиданно открыла шлюзы не только политической поддержки и получения военно-технической помощи, но и путь получения новых оборонных технологий для создания современного оружия. Такой уровень ВТС будет иметь двойное значение: кроме непосредственного получения нового оружия, будет расти и технологический отрыв от противника, а это можно считать еще одним дополнительным видом гарантий.

Исключительная ценность технологических преимуществ над противником заключается в сохранении человеческого потенциала – для Украины это наиболее важно и сегодня, и в будущем. Украина не может позволить себе расходовать человеческий ресурс по советскому, “жуковскому” принципу, и поэтому нужно максимально убрать людей с поля боя, нагрузку перенести на технологии. Чтобы в обороне врага встречали прежде всего роботы, а в наступательную атаку также первыми шли запрограммированные машины.

В борьбе с врагом, человеческий ресурс которого несопоставим и остается фактически неограниченным – особенно в условиях деградации российского общества, – единственным путем к победе остаются два вида тактики: высокоточные поражения на больших расстояниях и кинжальные рейдовые атаки хорошо подготовленных подразделений. Фактически все войско Украинского государства становится в таких условиях армией спецназовцев. Но обе козырные опции предусматривают именно технологические преимущества – в разведке, автоматизации управления, связи, точности и дальности средств поражения.

Время искать нешаблонные решения, объединяться с отказом от собственного эгоизма. Скажем, с началом боеприпасного голода маленькая и смелая Чехия подала показательный пример. А именно, нашла полмиллиона снарядов калибра 155 мм и еще 300 тыс. снарядов калибра 122 мм, которые можно закупить примерно за 2 миллиарда долларов за пределами ЕС. Когда из-за конфликта собственных интересов Франция заблокировала решение (Париж планировал в первую очередь загрузить свою компанию Nexter, которая является мощным производителем боеприпасов, но не может сделать это мгновенно), Канада выразила готовность сделать взнос на закупку и доставку.

Так же следует действовать и с ракетами и самолетами. Если из-за деструктивной позиции Трампа американский Конгресс заблокирует передачу ракет ATACMS, вполне возможно не только купить их у других эксплуатантов, но и вообще сосредоточиться на закупке новых ОТРК в других странах. Например, закупить баллистические ракеты оперативно-тактического уровня Tayfun дальностью действия 560 км у Турции.

Или уговорить Индию, которая все больше отмежевывается от РФ, продать для Украины свои ОТРК Pralay дальностью действия 500 км. Скажем, взамен за продвижение индийских интересов на рынке Аргентины – с самолетами Tejas, конкурирующими там с китайскими Chengdu JF-17 и подержанными американскими F-16 из ВВС Дании. Что касается самолетов, то вместе с желаемыми F-16 от Нидерландов, Норвегии и Дании ВС ВСУ могли бы нацелиться и на шведский JAS 39 Gripen – с обретением полного членства в НАТО Швеция будет заинтересована в таком подходе. А в компании Saab даже заверили, что в случае согласования решения со шведским правительством отправка самолета в Украину была бы достаточно быстрым процессом.

В целом речь идет о том, что взгляды и активность в европейской части НАТО ощутимо трансформировались: подавляющее большинство партнеров – с Украиной и готовы к беспрецедентным шагам. Для Киева чрезвычайно важным становится скорость принятия решений и немедленное приведение их в действие. Эти решения часто за скобками именно военной, сугубо фронтовой ситуации, они охватывают все украинское и европейское общество. 2024 год – это время действовать сегодня и сейчас.

spot_img
spot_img

В центре внимания

spot_imgspot_img

Не пропусти