Коррупция как зловредное явление

Украинцы значительно изменились за два года войны. Мы приобрели более прагматичный подход к проблемам, иначе воспринимаем их и осознаем необходимость их решения. Власть также изменилась и вынуждена функционировать в режиме военного положения уже почти два года подряд. Однако, насколько эти изменения синхронизированы? Как можно улучшить сотрудничество и взаимодействие между всеми нами?

Чтобы понять позиции, на которых сейчас находится украинское общество, Transparency International Ukraine при поддержке Проекта USAID «Поддержка организаций-лидеров в противодействии коррупции в Украине» провела социологическое исследование ожиданий и опасений украинцев в целом и в процессе будущего восстановления в частности.

Это уже второй такой наш опрос. В предыдущем, проведенном в марте 2023 года, мы много внимания уделили именно вопросу восстановления страны. В этот же раз он тоже остается в нашем фокусе, но важнее стали выявленные общие настроения общества, страхи и его способность к действиям, проявившиеся в конце 2023 года.

Как показало исследование, в целом на сегодняшний день общество несколько истощено, вещей, которые беспокоят украинцев, стало больше, а само это беспокойство усилилось. Активнее проявляются ощущение усталости, разочарования и растерянности в отношении будущего. Значит ли это, что нас ждет усиление внутреннего напряжения и неминуемый негативный сценарий развития общества? По нашему мнению, нет.

Именно запросы граждан и текущая диагностика общественных настроений важны для понимания конкретных рецептов преодоления страхов и повышения качества общественного диалога и взаимодействия. Как именно это сделать, мы и попробовали рассмотреть в нашем материале.

Проблемы воспринимаются острее, а запрос на их решение вырос

Как и в марте, сегодня тремя основными проблемами украинцы считают войну (96%), коррупцию (88%) и разрушение инфраструктуры и жилья (82%). Но хотя порядок этих проблем остался неизменным, восприятие их заметно усилилось. Причем страхи войны и разрушений в ноябре несколько уменьшились против марта (на 2%), а вот коррупционные риски сейчас беспокоят украинцев на 11% больше. В целом приведенные данные свидетельствуют, что почти каждая упомянутая в опроснике проблема волнует обычного украинца на 5–10% больше, чем в марте.

Причин для такого восприятия несколько.  

1. Нарушение общественного договора о добропорядочности подходов и общей борьбе с внешними и внутренними врагами. После начала полномасштабного вторжения сложился непроговоренный общественный договор, согласно которому все силы — и физические, и финансовые, и ментальные — направляли на борьбу с российскими захватчиками, общим врагом, на какое-то время забыли о внутренних распрях и на фоне внешней агрессии отложили роботу над уже известными внутренними проблемами. Было ощущение, что все схемы, коррупционные злоупотребления, политиканство и распри остались в жизни до 24 февраля 2022 года. Однако многочисленные факты нарушения этого договора (взятки, расхищение гуманитарных и закупочных средств, политические заигрывания) нарушили этот негласный договор и провоцируют негодование, злость и запрос на общественный контроль.
2. Завышенные ожидания на 2023 год. Еще в марте нас активно готовили к успехам (контр)наступление, кофе в Крыму до конца лета и т.п. Но за последние полгода успехи хоть и были, но не отвечали завышенным ожиданиям украинцев. Ощущение оптимизма, сплоченности, гордости от того, что мы выстояли в 2022-м и одержали значимые победы на поле боя, постепенно движется в сторону разочарования из-за того, что не удалось в 2023-м.
3. Адаптация к жизни в условиях войны. Более 70% опрошенных сейчас считают, что процессы восстановления экономики и восстановления страны будут длиться до 10 или больше лет. Как это ни страшно признавать, украинцы постепенно привыкают к жизни во время постоянных обстрелов и под звуки воздушных тревог. Поэтому на передний план все больше выступают проблемы экономической жизни и благосостояния: несправедливость в системе правосудия (71%), высокая стоимость жизни и снижение доходов (67), отсутствие профессионалов во власти (65), миграция и выезд трудоспособного населения (62%). Украинцы ощущают последствия этих проблем в повседневной жизни и прогнозируют еще более серьезное их влияние в будущем.

Люди имеют высокую потребность в достижимых победах — как над внутренними, так и над внешними врагами. И один из достижимых способов их получения — борьба с коррупцией как олицетворением всего недобропорядочного, советского, заскорузлого, против чего в частности продолжается война.

Коррупция превратилась в достижимого врага

Если смотреть на данные об оценке уровня коррупции и вместе с тем читать наши медиа, складывается впечатление, что позитивных практик борьбы с коррупцией вообще нет, что государственные средства, в частности и международная помощь, тратятся неэффективно, а добропорядочные госслужащие вообще перевелись. Хотя это так и не так одновременно. Потому что медиа привыкли смотреть туда, где плохо, и не замечать того, что уже хорошо.

Хуже всего, что такие не всегда верифицированные тезисы массово распространяют не только на уровне страны, но и в международных СМИ, а их активно подхватывает российская пропаганда. И так со всех сторон украинцы слышат, что их страна тотально коррумпирована, и вдобавок к долгой войне у многих это может создавать ощущение безысходности.

Почему же так происходит?

С одной стороны, есть объективные причины — скандалы, хищения, случаи взяток и все новые и новые факты о коррупции на разных уровнях. Вопиющие случаи расхищения даже гуманитарной помощи, оборонных закупок, а также многие попытки получить сверхбольшие взятки со стороны высших должностных лиц в этом году вполне справедливо возмущали общество. Потому что о каких справедливости и правосудии вообще можно говорить, если председатель Верховного суда Украины Всеволод Князев, считайте, должностное лицо одного уровня с президентом или премьер-министром, получал взятку в 2,7 млн долл. просто в своем рабочем кабинете?

С другой же стороны, у нас есть и позитивные результаты в борьбе с коррупцией, которые признают и на международном уровне. Только за последний год количество подозрений в коррупции значительно увеличилось, что свидетельствует об активной работе НАБУ и САП. И все чаще возбуждать эти дела становится возможным благодаря изобличителям. ВАКС со своей стороны выносит приговоры в делах о коррупции, НАПК наконец вернули все функции, прописанные для него в законе, хотя у агентства до сих пор есть другие недостатки в работе. И вообще состоятельность антикоррупционных органов в течение последних лет заметно выросла, о чем мы рассказывали в специальном исследовании. Эти и другие успехи отображены, в частности, и в отчете Европейской комиссии, которая, учитывая наши успехи, рекомендовала начать переговоры о вступлении Украины в ЕС.

И, как свидетельствуют данные, украинцы в личном опыте непосредственно с коррупцией сейчас сталкиваются значительно реже. К сожалению, вся эта позитивная информация часто теряется в водовороте негативных новостей или вообще воспринимается как обычный пиар со стороны государственных органов. Таким образом, несмотря на имеющиеся успехи, запрос на эффективную борьбу с коррупцией растет.

Например, если говорить о будущем восстановлении, то и здесь страх потенциальной коррупции занимает самые высокие позиции в перечне. 79% украинцев боятся отсутствия контроля и как следствие разворовывания средств или использования некачественных материалов. А еще 75% опасаются возврата коррупционных схем по отмыванию средств на крупных проектах.

То есть, по ощущениям украинцев, коррупция — это зло само по себе, но на фоне других тревог в восприятии граждан она становится совокупным олицетворением всего зла, несправедливости и проблем, с которыми сталкивается наша страна. Так что на фоне общей усталости, раздражения и непонимания будущего взятки и причудливые схемы от чиновников становятся еще более разрушительными для нашей страны. Поэтому наш общий шанс сейчас — использовать борьбу с коррупцией как трамплин. Например, в уже упомянутом нами восстановлении.

Восстановление — лакмусовая бумажка для состоятельности государства

Наше исследование показало, что у украинцев есть свои ожидания о том, как именно должно проходить восстановление страны после войны. Есть понимание, что нужно учесть специфику громад, а также запрос на децентрализацию распределения средств, прозрачность всех этапов и привлечение граждан.

Что касается ожиданий украинцев от процессов будущего восстановления, то они изменили видение периода, который может охватить будущее восстановление. Если в марте 60% опрошенных считали, что восстановление может продолжаться до десяти и более лет, то уже в ноябре это число выросло до 73%. На этот показатель прежде всего повлияли темп и ход войны, но такая смена настроений тоже свидетельствует о готовности к более взвешенному диалогу и подходу к самому пониманию восстановления. Это в целом подчеркивает рост реализма и прагматизма в общественных настроениях.

Также большинство опрошенных считает, что людям, потерявшим жилье, нужно возводить дома уже сейчас (56%), восстановление должно базироваться на принципе децентрализации (72%), а готовить ее стратегию нужно уже сегодня — чтобы не терять время (78%).

Но скептицизм и усиление страхов, которые мы в целом наблюдали в рамках исследования, проявляются и в отношении к восстановлению. Существенно выросла доля уверенных в том, что планы восстановления должны учитывать ход военных действий (с 11 до 20%).

Если же говорить об общем впечатлении от существующих примеров восстановления, то оно часто позитивное. Текущее состояние восстановления соответствует или превышает ожидания 46% украинцев, в то время как негативно оценивают эти процессы 32% респондентов. Интересно, что наиболее позитивное восприятие восстановления наблюдается в северном (50%) и восточном (52%) регионах Украины — то есть там, где люди ощутимо пострадали после полномасштабного вторжения.

Время тоже способствует тому, чтобы украинцы больше привлекались к восстановлению и узнавали о том, как оно может проходить. Наше исследование показало, что каждый третий взрослый украинец знает или видел примеры того, что уже было отстроено. И подавляющее большинство (74%) удовлетворены результатом.

Как и в марте–апреле 2023 года, для населения очень важно избегать коррупции в таких процессах, и для этого людям нужно, чтобы информация была максимально доступной. Украинцы считают сверхважным контроль над этапами проведения и качества работ (75%), над затратами и информацией об исполнителях (73%) и хотят знать об ответственных лицах, хотя важность этого показателя значительно снизилась — с 78 до 71%.

И здесь стоит вновь вернуться к главному запросу украинцев относительно восстановления, а именно — к подготовке комплексного плана и стратегии таких процессов уже сейчас. Причем украинцы в этом вопросе ждут прежде всего качества результатов. Так 50% опрошенных уверены, что всех исполнителей работ нужно выбирать конкурентно, вместе с тем 30% считают необходимым предоставление определенных преимуществ украинскому бизнесу. Выросли и требования к исполнителям работ, в частности в вопросах соответствия мировым стандартам контроля качества (63%), репутации (63%) и наличия релевантного опыта (55%). И, конечно, украинцы хотят иметь доступ к информации об уровне выполнения таких требований.

В целом наше исследование показало: украинцы понимают, что во время военного положения можно полагаться на власть преимущественно в вопросах точечного ремонта или приведения аварийного жилья в состояние, пригодное для проживания. Но не очень надеются на то, что смогут восстановить утраченный уровень комфорта. Вместе с тем полноценное развитие новых жилых районов кажется им реалистичнее уже после войны.

И хотя граждане чаще всего позитивно оценивают программу восстановления, им не хватает понимания, как она реализуется. И именно отсутствие такого понимания порождает недоверие.

Следовательно, будущее восстановление стало своеобразным полем, на котором государство в течение следующих лет может максимально проявить свою состоятельность, открытость и высокие профессиональные стандарты в борьбе с коррупцией. Но для этого ему нужно проявить готовность к диалогу, наладить эффективную коммуникацию и дать украинцам реальную возможность приобщаться к этим процессам. Тем более что, несмотря на войну и иногда разочарование, у наших граждан и сейчас достаточно сил для такой работы.

Ресурсы на борьбу есть

Хотя из приведенных данных может сложиться впечатление, что у многих наших сограждан — апатия и неверие, это совсем не так. Результаты второй волны исследования подтвердили, что в конце 2023 года общество и дальше демонстрирует взрослость и готовность жертвовать собственными интересами ради потребностей других.

Например, 17% граждан указали, что их имущество пострадало от военных действий. И лишь 32% из них подавали заявки на компенсации и возмещение.

Среди тех, кто не подавал, 37% сказали, что на сегодняшний день у государства есть более неотложные приоритеты для финансирования, а еще 12% считают, что есть люди, пострадавшие намного больше. Разве это не тот же неожиданный акт поддержки, который в первую очередь и свидетельствует о наличии здорового общества?

Общее чувство поддержки у украинцев тоже очень высокое: 43% опрошенных указали, что после начала вторжения получили определенную помощь, и больше всего таких людей было на востоке страны — 88%.

Если же говорить о приобщении к восстановлению страны, то 36% опрошенных считают своей обязанностью принять участие в обсуждении проектов восстановления, а еще 39% заметили, что при возможности присоединятся к таким публичным дискуссиям.

Вместе с тем украинцы полностью осознают важность помощи со стороны международных партнеров для того, чтобы наша страна до сих пор держалась. Так, 43% украинцев отмечают весомый вклад международных доноров в процесс восстановления, и самые позитивные оценки наблюдаются среди молодежи, которая в целом больше осведомлена в возможностях сотрудничества с Западом и чаще всего приобщается к волонтерским проектам.

***
Как видим, второй год полномасштабного вторжения общество завершает в довольно сложном эмоциональном состоянии. Мы наблюдаем за нестабильной внешнеполитической ситуацией, на фронте продолжается война на истощение, а общий стресс, усталость и запрос на справедливость лишь усиливаются.

Следовательно, не имея возможности быстро выгнать со своей земли агрессоров-россиян, мы стремимся бороться с демонами внутри страны, и главные демоны для нас сегодня — коррупционеры. Они являются олицетворением тех несправедливости и зла, которые причиняют боль всей стране. А поскольку в этой сфере Украина уже сделала много, то и победы здесь вполне достижимы в будущем. Готова ли власть делать нужные шаги в правильном направлении? Это уже тема другого исследования и разговора.

Но важно помнить, что общество изменилось. Риторику коммуникации с ним тоже нужно менять: прагматизм, реалистичность, действенность и диалог — вот ключевые коммуникационные задачи власти на всех уровнях во взаимодействии с гражданами своей страны. И все это должно проходить при условии реальной борьбы с коррупцией.

Чтобы нынешнее напряжение не выливалось в негатив, украинской власти стоит откликнуться на запрос о конкретной коммуникации, четких долгосрочных планах и реальном приобщении граждан ко всем процессам и прежде всего — к восстановлению, которое может стать настоящим окном возможностей для всех. За почти два года у украинцев уже появилось ощущение, что и война, и восстановление затянутся. Но они готовы бороться и в дальнейшем.

Какими бы ни были общественные и наши личные настроения, каждому из нас и всей стране вместе необходимо будет их преодолеть. И лучший способ сделать это — превратить нашу точку шатания в точку опоры.