Судейский дом: расследование о семейных связях и миллионах Заболотного, Оседач и Антипца

История Заболотного, Оседача и Антипец демонстрирует, как родственные связи, миллионные ресурсы и полномочия судей переплетаются в черниговской судебной системе.  Они не новые лица в мире судебных историй. Фамилии Заболотный, Оседач и Антипец снова звучат в журналистском расследовании, на этот раз в контексте схем, родственных связей и миллионов в декларациях судей Черниговского апелляционного суда.

Детальнее – в сюжете Анастасии Василенко для СтопКора.

Более одиннадцати миллионов гривен подарков. Квартиры за границей. Жизнь с ноткой роскоши. Но без всякого четкого объяснения, откуда на все это деньги. После предварительных журналистских расследований одни фигуранты начали редактировать декларации, другие чистить страницы в соцсетях. Однако некоторые истории оставили после себя слишком яркий след.

Журналисты снова проанализировали родственные связи, переводы средств, старые адреса и совпадения, соединяющие между собой отдельных судей и членов их семей. Этот след шаг за шагом привел нас в Черниговский апелляционный суд.

Герои сюжета уже знакомы зрителям и читателям. Они стали своеобразным «судейским брендом» Черниговщины. Мы уже рассказывали об их квартирах, земле, автомобилях и роскошном стиле жизни. Но самое интересное именно и в этом расследовании Анастасии Василенко.

Начнем с главной фигуры – Валерия Заболотного, председателя Черниговского апелляционного суда. Материала о нем уже хватило бы на несколько сюжетов.

Новый фрагмент этой истории касается еще одного родственника Валерия Заболотного – Олега Заболотного. Он бывший депутат, а ныне возглавляет Квалификационно-дисциплинарную комиссию адвокатуры Черниговской области. Должность влиятельная, но привлекает внимание другое — цифры в декларациях.

В 2021 году его родители, пенсионеры, подарили Олегу Заболотному почти 400 тысяч гривен. В 2023-м еще 6,3 миллиона. А в 2024 году – еще 4,7 миллиона гривен.

В общей сложности — 11,4 миллиона гривен подарков от пенсионеров.

Откуда у родителей-пенсионеров такие средства неизвестно. Но эти миллионы были перечислены сыну. И в то же время ни одного упоминания о них в декларациях судьи Валерия Заболотного.

Журналисты решили обратиться за комментарием непосредственно к Валерию Заболотному. Но когда съемочная группа прибыла в суд, в Чернигове шел масштабный блекаут.

В суде сообщили, что из-за отсутствия электроэнергии учреждение работает частично, а сам судья находится в отпуске.

Во время следующего визита съемочной группы выяснилось новое: «Произошла замена судейского состава, поскольку судья Заболотный проходит обязательную учебу.»

Валентина Антипец, судья Черниговского апелляционного суда прокомментировала:

«Заболотный учится онлайн в школе судей. Это обязательно. Хочешь или не хочешь, а должен учиться. Пришла разнарядка и хоть тресни. У кого нет три года, он должен сидеть и учиться. Это еще труднее, чем проводить судебное заседание.»

После этого журналисты направили официальный запрос в суд с требованием предоставить документальное подтверждение: действительно ли судья был в отпуске, когда именно и какое обучение проходил. Когда ответ поступит — он будет обнародован.

Другой герой – судья Николай Оседач. Он – заместитель председателя Черниговского апелляционного суда. Фактически – правая рука Заболотного.

Именно Оседач фигурировал в предыдущем сюжете. И именно после него исчез Instagram его сына. Похоже, теперь это новая тенденция в судейских семьях – «чистить» соцсети после выхода расследований. Но именно соцсети часто показывают больше официальных документов.

Сыновья судьи Оседача уехали из Украины еще до 24 февраля 2022 года. Старший снимает жилье в Польше. Он окончил ВУЗ в этой стране и сейчас работает. Младший сын учится там.

Согласно декларациям, сыновья с июня 2022 арендуют квартиру в Польше. Владелец жилья – Лукаш Стшавковский.

Журналисты спросили судью Николая Оседача:

— В декларации сказано, что ваши сыновья начали арендовать квартиру в Польше с июня 2022 года. Но полномасштабное вторжение началось в феврале. Можете объяснить, как именно они уехали и становились ли на военный учет?

Ответ судьи: — «Обращайтесь к пресс-службе.»

Но еще интереснее – в декларациях 2024 года. Появляется новая квартира в Польше. Указано, что она арендована у компании Wonder Poland Sp. z oo Но по этому адресу размещается совсем другая фирма – Vonder Poland Sp. z oo

Разница только в одной букве. Однако компания Vonder Poland управляет жилыми комплексами в Варшаве. В частности – Vonder UpRiver, на улице Solec 24.

По данным из открытых источников, студии подобной площади, как в декларации, сдаются за 4–6 тысяч злотых. Это примерно 45-67 тысяч гривен ежемесячно.

Это не общежитие. Это уровень, который для большинства украинцев, особенно во время войны, выглядит недостижимым.

Но странные моменты в декларациях Оседача не заканчиваются только этим. Если заглянуть глубже – открывается еще более интересная картина.

В 2017 году жена судьи появляется в декларации как владелица земельного участка. Через год – еще одной. А в 2020-м уже участки с домом.

Его стоимость на тот момент почти равна ее годовому доходу. А возможно даже превышает. Парадокс в том, что в более поздних декларациях указано: на двух работах она зарабатывает около 8 тысяч гривен в месяц. То есть покупка земли, участков и дома смотрится очень оптимистично. Или просто неправдоподобно. Особенно если вспомнить, что аналогичное здание упоминается еще в документах 2012 года. Итак, есть только два варианта: либо ошибка, либо привычная схема запутывания.

И здесь появляется еще одна знакомая фигура – судья Валентина Антипец. Черниговский судейский корпус все больше напоминает одну крупную семейную корпорацию.

В декларациях Антипец за 2015–2016 годы на сайте ВРП указана ее родная сестра — Татьяна Антипец, работавшая секретаршей в одном из судов Чернигова. А еще — племянника, некоторое время работавшего в Черниговском апелляционном суде, где работает и тетя.

Дом судьи площадью 60 квадратов оценен в декларации в 40 тысяч гривен. Это дешевле, чем новый iPhone.

Интересно, что земля под домом втрое дороже, чем сам дом.

Валентина Антипец, судья Черниговского апелляционного суда, пояснила:

«Я покупала три земельных участка, хотя это один земельный участок. Почему так в законодательстве? И фундамент. Дом этот сгорел, где я покупала на пепелище.»

«Я составила декларацию о начале реконструкции дома, которого не было. Для чего? Чтобы не платить за проект, который будет стоять где-то. Например, я заплатила 40 тысяч за дом, которого нет. А если бы проект делала, то 140 заплатила. Мне так по крайней мере объяснили у нотариуса.»

Но есть еще один аспект. Если сверить кадастровые данные и декларации, сестры Антипец владеют значительным количеством земельных участков в населенных пунктах Черниговщины и поблизости.

На вопрос журналистов о происхождении большого количества земельных участков у ее сестры Валентина Антипец ответила:

«Унаследовала после смерти отца. У меня бабушка всю жизнь проработала в колхозе. Земельный участок — пастбища, пашни и сенокосы. Сначала унаследовал отец, а потом унаследовала сестра.»

Это очень напоминает историю матери Заболотного, которая без ФЛП, без предпринимательской деятельности, получила квартиру в центре города. «Случайно» — рядом с квартирой тещи судьи.

Журналисты сняли вывод: не только Заболотный держит родственников рядом. Антипец тоже. И это уже не похоже на случайность. Это корпоративная традиция: суд ближе к семье, а семья ближе к суду.

Решение, вызвавшее резонанс

В предыдущем сюжете расследователи рассказывали о громком решении по делу бизнесмена Олега Аверьянова, главы Федерации работодателей Черниговщины. Его предприятия дают работу тысячи человек и платят около 200 миллионов гривен налогов каждый год.

Решение суда тогда вызвало широкий резонанс. Но впоследствии Верховный Суд отменил приговор из-за отсутствия состава преступления, подверг сомнению обоснованность решения, принятого судьями Оседачем, Антипец и Заболотным.

Журналисты СтопКора продолжают следить за развитием событий – расследование продолжается.